Собаки принесли умирающего кота — старик не знал, что это станет его спасением!

Тишина в доме Ефима была не просто отсутствием звука. Она была густой, настоявшейся годами, как старое вино, и такой же тяжелой. Она пропитала бревенчатые стены, осела пылью на фотографиях в темных рамках и, казалось, въелась в саму кожу старика. Дом его стоял на самом отшибе деревни, там, где заканчивалась укатанная дорога и начиналось бескрайнее, продуваемое всеми ветрами поле.